Не такой. Книга первая / Не такой. Книга вторая / Не такой. Книга третья
Часть первая
Глава 1
— Доброе утро, дочка! — поздоровался Сергей Кузьмич Копылов, не спеша входя в гостиную, где всё было готово для принятия пищи.
Крупный мужчина пятидесяти двух лет с грустным, задумчивым лицом, тронутым морщинами, был одет в светлые льняные брюки и майку. Он не спеша прошёл к окну и, отодвинув стул, грузно опустил на него своё немного обрюзгшее за последнее время тело.
— Доброе утро! — ответила Наталья Копылова, бросив на отца сочувственный взгляд.
Она была на две головы ниже Сергея Кузьмича и вообще телосложением, видимо, пошла в свою мать, скоропостижно скончавшуюся два года назад. С тех пор, чтобы проявить заботу об отце, Наталья в каждый свой выходной всегда занималась приготовлением завтрака для себя и отца. Вот только выходные у неё выпадали не очень часто. Работа в особом отделе КГБ, который с самого образования назвали «Осот», требовала от каждого служащего в нём офицера, и от Копыловой в частности, полной самоотдачи и преданности. Выход на службу по воскресеньям, командировки в разные уголки нашей необъятной страны были для Натальи уже привычным делом. Конечно, Сергей Кузьмич, как любой военный, пусть и бывший, был вполне самостоятельным человеком и в отсутствие дочери прекрасно справлялся с приготовлением пищи и с прочими домашними делами. Тем не менее, в свой выходной Наталья всегда старалась ему помочь, а также отвлечь от тяжёлых воспоминаний ничего не значащими разговорами.
Увидев, что отец занял своё место, женщина быстро сходила на кухню и принесла горячий противень с творожно-рисовой запеканкой. Поставив его на деревянную подставку в центре кухонного стола, разлила по чашкам тёплое молоко. Запеканка получилась аппетитно-румяной с приятным ароматом ванили и корицы. Именно такую частенько пекла её мать, и именно такую любил отец. Аккуратно придерживая салфеткой край противня, Наталья порезала ещё дышащую паром выпечку на несколько кусков, одновременно поглядывая на Сергея Кузьмича. Несмотря на то, что его возраст всего лишь немного перевалил за пятьдесят, выглядел он лет на десять старше. Скоропостижная смерть любимой жены и верной спутницы жизни, с которой он прожил без малого тридцать лет, заметно подкосила здоровье подполковника воздушно-десантных войск в отставке. Его некогда круглое лицо удлинилось, щёки впали, носогубные складки углубились ещё больше, а зачёсанные назад волосы стали реже и совсем побелели. Онкология в считанные месяцы сожрала полную сил и энергии женщину, которая была на три года моложе своего мужа, и обратной стороной беспощадно ударила по здоровью самого Сергея Кузьмича. Хотя это печальное событие и произошло уже больше года назад, Копылов до сих пор так и не смог оправиться от постигшего его горя.
Перехватив грустный взгляд отца, Наталья улыбнулась. Она всячески старалась поддержать своего единственного на данный момент близкого человека, но изображать из себя беззаботную и счастливую женщину и дочь ей тоже было непросто. После всего произошедшего в Красноярском крае, после встречи с Иваном, который, словно тот самый Тунгусский метеорит, вихрем ворвался в её жизнь, а потом так же внезапно исчез навсегда, её сердце было омрачено печалью не меньше, чем отцовское.
Нынешнее майское утро тысяча девятьсот семьдесят второго года было солнечным, день обещал быть таким же ясным и тёплым, но на душе у каждого из членов семьи Копыловых по-прежнему было пасмурно и тоскливо.
— Как дела на службе? — без особого энтузиазма спросил Сергей Кузьмич, наблюдая за тем, как дочь раскладывает по тарелкам свежеиспечённую запеканку. Он взял в руки вилку с ножом и, отрезав небольшой кусочек, положил себе в рот. Этот вопрос он задавал почти каждый день и каждый раз слышал всегда один и тот же ответ:
— Нормально, — как можно беззаботнее ответила Наталья, тоже присаживаясь с противоположной стороны стола.
В будние дни они обычно ели на кухне и лишь в воскресенье, как сегодня, или в праздники Копылова, придерживаясь заведённой матерью традиции, всегда накрывала стол в гостиной. Запеканка, как всегда, получилась вкусной и рассыпчатой. Некоторое время отец и дочка ели молча, думая каждый о своём и запивая пищу тёплым молоком. Проглотив очередной кусок выпечки, Сергей Кузьмич поднял на Наталью задумчивый взгляд.
— Ты так похожа на свою мать, — тихо произнёс он, вглядываясь в лицо дочери, усыпанное веснушками. — Вот и готовишь так же, как Ириша…
Наталья не нашла что ответить, поэтому просто спросила:
— Добавки положить?
— Нет, спасибо. Ты же знаешь, что я много не ем. Не те уже годы, чтобы набивать брюхо до отказа.
— Ой, папа, ну какие твои годы? — полушутя возмутилась Наталья. — Что ты каждый раз одно и тоже… Тебе всего лишь пятьдесят два, ещё жить да жить… Я понимаю тебя… Мне тоже маму жалко, но жизнь ведь продолжается… Вот бери пример хотя бы с дяди Кости…
— Да, кстати, чуть не забыл, — прервал Сергей Кузьмич дочкин поучительный монолог. — Он же мне звонил вчера вечером.
— Дядя Костя?! — спросила Наталья, и сама удивилась тому, что невзначай вспомнила Константина Ильича Трошина — давнего товарища отца. Будучи ещё молодыми парнями, они подружились во время учёбы в военном училище. Оба коренастые, косая сажень в плечах, Костик с Сергеем со временем стали друзьями не разлей вода. Однако во время войны их дороги разошлись. Сергею Копылову не раз приходилось побывать за линией фронта, десантируясь с отрядом бойцов для выполнения диверсионных работ в тылу врага. При выполнении одного из заданий в партизанском отряде, будучи тогда ещё лейтенантом, он и познакомился со своей будущей женой Ириной. Трошин же попал на службу в НКВД. Сейчас он, дослужившись до звания полковника, занимал пост начальника отдела в городе Светловске УКГБ СССР по Московской области, и общались они с отцом очень редко.
— Да, дядя Костя, — кивком подтвердил Сергей Кузьмич.
— И как он там поживает?
— Да нормально, — буркнул Копылов, не желая вдаваться в подробности жизни товарища, и сразу перешёл к главному. — Вообще-то он интересовался тобой.
— Мной?!
Сергей Кузьмич не ответил на восклицание дочери. Он помолчал немного, соображая, как продолжить разговор. Чтобы не показать свою неуверенность, положил в рот ещё один кусочек запеканки и, тщательно её пережевав, запил глотком молока.
— Ну, не совсем тобой, — наконец промолвил он. — Скажи, а у вас, ну, на твоей работе, есть кто-нибудь, обладающий необычными способностями?
Вопрос застал Наталью, можно сказать, врасплох. Она положила на стол нож и вилку и бросила на отца удивлённый взгляд. Копылова никогда не рассказывала ему чем конкретно занимается на службе. Во-первых, потому что их отдел был не только особым, но и секретным. Даже самые близкие родственники не должны были знать, в чём заключается работа «Осот». Во-вторых, отец был убеждённым материалистом, как-никак член партии с сорок четвёртого года. Всякая мистика, магия и прочий оккультизм были для него чужды и в лучшем случае могли вызывать в нём лишь снисходительную скептическую улыбку. Дочку они с матерью тоже воспитали в том же духе. Маленького роста, добрая и отзывчивая девочка, Наташа Копылова, с первого класса средней школы была отличницей и примерной школьницей. Она с удовольствием и с гордостью носила пионерский галстук, а когда подошло время, сменила его на комсомольский значок. Ещё не так давно ей и в голову не могло прийти, что произведения Гоголя, которые она с удовольствием читала в юности, и в которых говорилось о всякой там нечистой силе, являются не просто фантазией писателя, а скрытой стороной реальной жизни. Однако, по воле случая попав в «Осот», молодой женщине пришлось кардинально пересмотреть свои взгляды на жизнь и на мистику в частности. Теперь для неё такие слова, как «колдун» или «ведьма», были так же естественны, как слова «научный работник» или, например, «парикмахерша».
— Папа, ты можешь конкретно сказать, что нужно дяде Косте?
Отставной подполковник тоже отложил столовые приборы в сторону и вытер полные бледные губы салфеткой. Смущённо опустив глаза в стол, он произнёс:
— Понимаешь… Он говорит, что у них в управлении происходит что-то непонятное… Говорит, прямо мистика какая-то…
— И что же там такого мистического? — Наталья постаралась сдержать ироническую улыбку. Уж чего-чего, а такие слова услышать от отца она никак не ожидала.
— За последние полгода у них по непонятной причине умерли два человека.
— Кем были эти люди? — лицо Копыловой стало серьёзным.
— Это были сотрудники контрразведки.
— А что дядя Костя хотел от меня?
— Наточка, ты мне ведь никогда не рассказывала, в чём заключается твоя работа…Видимо, Костя осведомлён лучше, чем я.
— Понятно, — вздохнула Наталья. — Когда силёнок раскрыть преступление не хватает, тогда люди готовы поверить и в чёрта и в магию, лишь бы не лишиться погон.
— Напрасно ты так, дочка, — укоризненно произнёс Сергей Кузьмич. — Ты же хорошо знаешь Трошина. Он никогда не цеплялся за кресло руководителя. Если бы там действительно было всё так просто, он ни за что бы мне не позвонил и, тем более, не стал бы просить тебя о помощи.
— Ладно, пап, извини… Просто настроение что-то сегодня не очень хорошее.
— Да у тебя, как я погляжу, с тех пор, как ты приехала из Сибири, вообще хорошего настроения не бывает. Может, ты там влюбилась? — отец бросил на дочку проницательный взгляд. Копылова опустила глаза в тарелку, в которой так и остался лежать кусочек недоеденной запеканки, а её щёки предательски покраснели. — Ты мне ведь и про эту свою командировку тоже ничего не рассказывала. Я, конечно, понимаю, что секретность и всё такое, но я же не чужой человек. Со мной-то можно хотя бы поговорить о том, что тебя тяготит.
— Да нечего рассказывать, пап, — вновь отмахнулась Наталья. — Ну, был там один мужчина…
— Вот видишь, значит, я прав? Может, тебе совет нужен? У меня ведь жизненного опыта поболее, чем у тебя, будет.
— Па, давай лучше о деле… Ты мне так и не сказал, что конкретно хочет дядя Костя?
— Ну да, ну да… — вздохнул Сергей Кузьмич. — В общем, он сказал, что в вашей организации должен быть какой-то мальчишка. Я так толком и не понял, что конкретно Трошин от него хочет, но, видимо, он думает, что этот ваш пацан поможет ему каким-то образом расследовать те загадочные смерти его сотрудников.
— Интересно… — задумчиво произнесла Наталья. — Значит, слухи о Витиных способностях долетели уже и до Светловска.
— Витя, это кто такой? — поинтересовался отец.
— Это и есть тот самый, как ты говоришь, пацан с необычными способностями. Что ж, ладно... Раз дядя Костя просит, то нужно ему помочь. Завтра я поговорю с Поленовым. Ты же понимаешь, что сама я не могу решать такие вопросы, тем более, если дело касается ребёнка.
— А ты часом не в детском доме работаешь? — хмыкнул Сергей Кузьмич.
— Да нет. Витя у нас там такой в единственном экземпляре. К сожалению, — добавила Наталья.
— Хорошо, так что мне сказать Косте, если он позвонит?
— Так и скажи, что нужно согласовать с начальством. Кстати, — Наталья уже хотела вставать из-за стола, но задержалась, — а почему дядя Костя сам не обратится к Поленову? Почему звонит тебе, чтобы ты узнал у меня?..
— И как ты себе это представляешь? — ухмыльнулся отец. — Полковник госбезопасности будет официально просить разрешения на то, чтобы в расследовании принял участие… — он запнулся, не зная, как назвать человека с необыкновенными способностями.
— Ладно, я тебя поняла, — поторопилась помочь ему Наталья. — В общем, я завтра узнаю у начальства и тогда тебе всё сообщу.
Продолжение следует...
