Начало здесь
Своё первое дежурство я запомнил на всю жизнь. Оно началось июньским утром, в восемь часов. В девять часов пятнадцать минут нужно было уже передавать зашифрованную радиограмму в Куст. В восемь сорок пять я вышел на площадку, легко снял показания всех термометров: сухого, смоченного, напочвенного. Зафиксировал показания гигрометра, определил скорость и направление ветра. Определил дальность видимости по ориентирам. В то утро был виден противоположный левый берег Енисея, это значило, что видимость равна была четырём километрам.
Всё было хорошо, одно у меня не выходило, не мог определить какими облаками и в каких процентах был покрыт небосвод. Опыта у меня было мало. На каждой станции имеется, конечно, атлас облачности, в котором были фотографии всех облаков, которые могли образоваться на небосводе. Только этот атлас был форматом А3, это два альбомных листа и толщиной почти четыре сантиметра. Там было столько облаков и все они друг на друга до того похожи, что не разберёшь, где какие.
Времени на поиски и гадания у меня не оставалось. Я побежал к Саше.
— Саша, выручай, не могу облачность определить.
Она вышла на улицу и подсказала мне. Дальше я всё сделал сам: перевел все данные в цифры, связался с кустовым оператором и передал азбукой Морзе радиограмму. В течение дня облачность почти не менялась, и я записывал те же данные, что и утром, а ближе к ночи облачность изменилась. В двадцать один час Саша мне ещё раз помогла. Следующий выход был в двенадцать часов ночи. Все спали. Начинались полярные «белые ночи», было светло. Вдруг поднялся ветер, нагнал тучи, и я растерялся. Я не знал что делать. Сам определить, какие облака образовались, не мог, будить Сашу было неловко. Но моя гиперответственность, которая преследует меня всю жизнь, взяла верх, и я разбудил её. Правда, сказать прямо о том, что я опять не знаю облачность, постеснялся.
— Саша, не могу настроить радиоприёмник, — сказал я, слукавив немного.
— Сейчас выйду, подожди на крыльце.
Когда она вышла на улицу, я спросил её.
— Саша, кстати, облака можешь назвать?
— Stratoсumulus opaqus, восемьдесят процентов.
— Саша, спасибо, прости, иди, отдыхай, дальше я сам.
— А радиостанция как же?
— Дальше всё сделаю сам, спасибо, иди.
— Всё понятно с тобой, — улыбнулась она.
Так мы с ней подружились. Пока она не уехала, и если были оба свободны от работы, часто ходили вместе на рыбалку, за грибами или за ягодами. Когда начались «белые ночи», и солнце, коснувшись горизонта, снова поднималось, я не мог спать. Читал книги, а в Сашины дежурства помогал ей на метеоплощадке.
